Имакаев В.Р. Краткие результаты второго методологического семинара «Позиция родителей в вопросе образования детей»

21-22 декабря в Перми прошел второй в этом году методологический семинар института ПрЭСТО. 

Предварительные замечания

А. Тема семинара обуславливала одну принципиальную сложность. С одной стороны, можно рассматривать эту тему в профессиональном контексте. Тьюторы, педагоги, психологи встречаются в своей работе с родителями, для которых образование их собственных детей – проблемный вопрос. С другой стороны, некоторые участники семинара имели и имеют личные  проблемы в решении важного вопроса – как (обу)-строить образование собственного ребенка. Первый контекст обсуждения задает одну модальность – рациональное обсуждение профессиональной проблематики. Второй неизбежно  приводил бы к тому, что в ходе семинара вспыхивала бы ситуация терапии, консультирования, тьюторской работы с проблемной ситуацией родителя.

Руководитель семинара принял решение ограничиться первой модальностью. В установочном докладе была заявлена позиция, с которой делается доклад. Это профессионал, который работает  детьми и родителями: учит детей, сопровождает тьюторантов и консультирует их родителей. Немаловажным является явное или неявное влияние второй позиции. Это взрослый, который общается с детьми и родителями: помогает, играет, беседует, защищает…

В. Важной точкой отсчета является рассмотрение семьи как данности. Мы встречаемся и работаем с различными семьями, которые существовали до начала нашей работы, существуют во время  ее осуществления и будут продолжать существовать после. В любой семье  переплетаются  огромное количество связей:

  • Близкие отношения
  • Любовь
  • Материальные отношения
  • Совместное проживание
  • Скандалы и праздники, конфликты и примирения
  • Привычки и традиции

Ткань семейных отношений крайне сложная, плотная. Мы можем только догадываться о ней, расспрашивать, пытаясь понять, но никогда до конца все не поймем.

С. Следующий важный шаг – попытаться разобраться в том, что такое «позиция родителей», как отличить одну позицию от другой. В этом отношении намеренно был выбран узкий аспект различений позиций: позиция родителей в отношении образования собственных детей. Важно также подчеркнуть, что различение позиций основывается не на словах, концептах, точках зрения, мифах, которые родители произносят, на которые ссылаются, а на том, что родители делают, какие решения они принимают в вопросе образования своих детей.  Фактом для нас является не только и не столько «слова» родителей, сколько их поступки.

D. Далее. Существует важная точка бифуркации, появляющаяся в ответе на два принципиальных вопроса:

  1. Обладают ли твои профессиональные ценности преимуществом/превосходством над ценностями родителей? И, если да, то
  2. Надо ли стремиться изменить позицию родителей?

Мой ответ на оба вопроса – нет.  В этом случае возникает другой пласт профессиональных вопросов. В каждом случае необходимо, как минимум понять

  1. Какова эта семья, какую позицию занимает родитель, как можно работать с этой позицией?  

E. Профессионалы, о которых мы говорим, прежде всего, по смыслу своей профессии, работают с детьми. В связи с этим важно подчеркнуть, что Дети, начиная с момента рождения, обладают своей собственной силой. Душой. Часто это является спасением для родителей. В определенном смысле уже младенец – не беспомощное существо, а человек, который много может.

Профессионализм тьютора, учителя,… - уважение этой силы, понимание  и принятие ее. Как следствие, для профессионала, каков бы ни был родитель,  детская душа в приоритете.

Основное содержание доклада

Типологий родительских позиций очень много. Даже если мы сузим основы таксономии вопросом отношения родителей к образованию собственных детей, возможно выделение самых различных типов. Мы  ограничимся лишь тремя полюсами, которые, как показало обсуждение этой темы участниками семинара, разумеется, не дают всей полноты картины. Мы обсуждаем три позиции, три полюса родительского многообразия:

  • Семейники
  • Патерналисты
  • Либералы

Семейники

Ключевой факт: ребенок не идет в детский сад, в школу. Он обучается дома, либо в полном одиночестве, либо (иногда) в различных сообществах. Момент отрыва, ухода в самостоятельное плавание, свою жизнь, откладывается. Иногда вплоть до вуза (в прошлом году автор столкнулся с подобным кейсом: родители девочки, получившей полное общее образования в форме домашнего обучения, искали возможность обучения в вузе в той же форме). Объяснения позиции семейников самые различные: сектантские (родители состоят в герметичном сообществе, резко отличающемся  образом жизни от обычного социума); охранительные (ненависть к массовым ОУ, боязнь ужасов массового образования, «и какая же мать согласится отдать»); забота о настоящем образовании.  

«Мы» в разговоре и отношении родителей преобладает. Он должен жить и учиться со мной.

Ребенок семейников, как правило инаков. Его поведение не похоже на поведение детей, посещающих ОУ. Особость, инаковость – подчеркивается. Инаковость выше карьеры. Инаковость выше свободы.

Как работать с детьми, родители которых — семейники?

Первый момент - принятие инаковости ребенка. Второй - поддержка ростков самостояния ребенка, сопровождение его социализации там, где это возможно.

Важно подчеркнуть, что проблематизация родителя-семейника  бессмысленна. Профессионалу следует  быть рядом, делать свое дело, по возможности решая/предотвращая конфликты.

Семейники часто заказывают манипуляцию собственным ребенком. Нередко семейники воспринимают тьюторские техники как техники манипуляции и очень хотят этому научиться. И в том и в другом случае – мягкий но вежливый отказ.

Отдельный вопрос – семейники, похожие на сектантов.  В этом случае случаются прецеденты явного нарушения законодательства, что требует соответствующей реакции любого взрослого, работающего с детьми.

Патерналисты

Ключевой факт: ребенок поступает в д/с, школу (и в школе – в конкретный класс), в вуз (и в вузе – на конкретное направление) по решению родителя. Обоснования  позиции нам хорошо знакомы: традиция (мы так учились, наши отцы,…); «я лучше знаю этот мир, его волчьи законы»; наконец «сын – мое продолжение».  Родитель определяет  или стремится определить образование (а иногда и жизнь) ребенка.  Он лучше знает, что нужно ребенку. При этом сам ребенок может быть любым – хулиганом, Гермионой, серой мышкой, ботаном.

Основной миф родителя – миф о карьере и надежности жизни «как все» (как все в моем окружении), именно поэтому «он должен жить как я». Устойчивая жизнь, карьера – главное. Это важнее чем инаковость и чем свобода.

Окрик и давление – привычная обстановка в семье. Подростки иногда «уходят в глухую отрицаловку».

Важнейшей задача профессионала в такой ситуации: поиск компромисса между ожиданием и знанием родителя и намерениями, склонностями и знанием ребенка.

При этом важным фактором компромисса является привлечение к работе с детьми разного рода экспертов. Патерналист уважает авторитеты. Если мы говорим о тьюторском сопровождении, то речь может идти о поддержке самостоятельности тьюторанта за пределами надзора родителя, медиации, проведении переговоров. Важнейший этический момент – отказ от заказа на манипуляцию.

Либералы

Ключевой факт: принципиальные решения принимаются либо ребенком, либо при его деятельном участии. Родители позволяют ребенку ошибиться в выборе, потерпеть неудачу. Ребенок отличается внутренней и внешней свободой. Последнее иногда царапает. Непризнание авторитетов, «тыкание», насмешка  - обычный арсенал общения.

Объяснение позиции родителями также хорошо известны: это его жизнь, за свою жизнь он отвечает сам, моя задача – поддержать и помочь, если попросит о помощи.

Основной миф родителя – миф о self-made-man’е. Главное – свобода и самореализация.  Это важнее, чем инаковость и  карьера.

  • Он должен жить как ему хочется.
  • Он должен решать проблемы сам.

В семье мало криков и окриков.  Многие конфликты решаются путем переговоров и совместного действия.

В профессиональной работе с родителями  важной задачей  является прояснение границ либеральных принципов.  При этом нужно стремиться к тому, чтобы это прояснение происходило не на уровне слов, а на уровне конкретных действий.

При сопровождении детей либералов  важной задачей является – поддержка самостоятельности в ситуации неопределенности. Работа с волей и принятием решения. У сына (дочери)  либерала неопределенности куда больше, чем у сына семейника или патерналиста.

Обзор сообщений участников семинара

Балабанова Ю.С. Нормализация в работе с родительским инфантилизмом

Нормализация – понятие педагогики Монтессори. Выделяются следующие характеристические черты «нормализованных» детей:

  • Глубокая, произвольная и устойчивая концентрация.
  • Любовь к порядку.
  • Желание работать с удовольствием.
  • Произвольная самодисциплина.
  • Общительность, но не навязчивость.
  • Суперсоциальность — способность гармонично жить в социуме.
  • Связь с реальность. Сознание нормализованных детей базируется на реалиях окружающей среды, а не на мифах и фантазиях, они действуют в реальном мире, а не с воображаемыми предметами и объектами.
  • Любовь к тишине и самостоятельной работе.
  • Независимость и инициативность.

Важнейший тезис докладчика – «Взрослых гораздо меньше, чем совершеннолетних». Опираясь на принципы педагогики М. Монтессори автор выделяет ключевые черты «взрослого совершеннолетнего»:

«Монтессори считала, что рядом с маленьким человеком должны находиться духовно свободные люди, которые осознают себя, причины своих поступков и могут управлять собой. Только такие — нормализованные — взрослые могут создать адекватные условия для нормализации».

Таким образом понятие «нормализации», ключевое для педагогики Монтессори, — внутренняя упорядоченная организация ребенка  —  применимо и к родителям. «Растерянные родители» — не нормализованные — создают для детей дополнительные сложности в учебе.

Обсуждение доклада показало,  что, по сути, М. Монтессори выделяет идеал человека (ребенка и взрослого) и сводит педагогику  к нормализации – приведению ребенка к нормам этого идеала.  В этом проявляется определенный педагогический тоталитаризм.  Концепт и практика М. Монтессори и ее последователей – одно из образовательных предложений, которое стоит в ряду других, не менее интересных, глубоких и значимых. Если родители выбрали «группу Монтессори»  (или класс, или школу, как это  происходит в ряде инновационных школ России и мира), это означает, что они разделают принципы этого концепта. Генерализация принципов и идей Монтессори на всех детей и родителей представляется необоснованной.

М.А. Мансветова. Нельзя, или острые углы родительской позиции

Профессионал в работе с родителями нередко встречается с неусомневаемыми  предпосылками, естественными установками, «ключевыми фразами», которые родитель часто повторяет. Эти усвоенные когда-то языковые формулы определяют, легитимизируют, направляют действия родителя. В этом случае профессионал должен задать себе ряд вопросов:

  • Какая установка включается в родителе?
  • В каких ситуациях?
  • К чему приводит реализация установки?
  • С какими установками конфликтует данная установка?

Автор привел примеры таких установок:

  1. НЕЛЬЗЯ УЧИТЬ, ЛЕЧИТЬ, ТЬЮТОРИТЬ….. СВОИХ
  2. СНАЧАЛА НАДЕНЬТЕ КИСЛОРОДНУЮ МАСКУ НА СЕБЯ, А ПОТОМ НА СВОЕГО РЕБЕНКА
  3. НУЖНО БЫТЬ ХОРОШИМ РОДИТЕЛЕМ
  4. НУЖНО ПРОСТО ЖИТЬ СО СВОИМ РЕБЕНКОМ

Как и всякие неусомневаемые предпосылки, данные установки, взятые в качестве абсолютного принципа, зачастую делают жизнь родителя невыносимой. Нарушение очередной заповеди воспринимается трагически. Необходимо «расколдовывание» такого рода установок, деятельное понимание родителем границ их использования.

Для этого автор использует в собственной практике следующие вопросы (и вытекающие из них практики):

  • Нужно ли что-то делать с установкой?
  • Срабатывает ли установка без ребенка?
  • Гармонизирует ли реализация этой установки ситуацию? Какие ситуации гармонизируются, а какие нет?
  • Является ли установка источником радости для себя и своего ребенка?

Обсуждение  доклада показало важность работы с родительскими установками. Зачастую в (под)сознании родителя имеет место суперпозиция установок, явно или неявно противоречащих друг другу. Амбивалентность родителя проявляется в том, что он «скачет по позициям». Непроявленные границы и смыслы различных установок – принципиальная  сложность, которая к тому же зачастую не осознается. В этом смысле преодоление отчуждения  себя самого от скрытых манипул, протезов сознания  может (и должна)  быть частью работы с родителем (и, заметим, с ребенком).

 

Расторгуев М.В. Модернисты и архаисты

В сообщении была  предложена типология родительских позиций в отношении образования собственных детей, проведенная с точки зрения бинарных оппозиций: «традиции – инновации», «старое – новое», «модернисты – архаисты». Автор выделил две позиции родителей: модернистская и архаическая.

Известный поэт, писатель и педагог Дмитрий Быков, рассматривая место России в истории, ее прошлое и будущее, проводит мысль о том, что грядущее поколение «нынешних 15-летних» встанет в резкую оппозицию по отношению к «нынешним 40-летним». Современные школьники, по мнению Д. Быкова, отличаются большей гибкостью ума, открытостью новому, креативностью и эмпатией. Их столкновение с «архаистами» неизбежно в будущем и, возможно, будет нести тяжелые последствия.

Автор доклада, опираясь на типологию Д. Быкова, предлагает взглянуть на родительские позиции как на существующую оппозицию модернистов/архаистов. Одни родители заинтересованы в инновационных форматах взаимодействия со школой, другие – сторонники традиционных подходов и ценностей. Школе необходимо работать и с теми и с другими, не усугубляя скрытый или выраженный конфликт. Важно выстраивать диалог и взаимодействие. Современной школе необходимо находить те инструменты, которые будут вовлекать представителей модернизма и архаичности в совместную продуктивную деятельность.

Автор доклада привел  примеры из личной практики работы с разными группами родителей МАОУ «Дуплекс» г. Перми. Подчеркивается особая роль вовлечения родителей в детско-взрослые проекты как возможный способ снятия напряженности между различными родительскими категориями.

Обсуждение данного сообщения было связано с тем, насколько адекватна таксономия Быкова в применении к  родительскому сообществу. В ее основе лежит противопоставление, борьба позиций. Подобное поэтическое (или политическое) представление, характерное для  личности Д. Быкова, может, в случае реализации его на практике, привести к тому, что такого рода «родительские партии» и в самом деле появятся.  С этой точки зрения была заострена проблема необходимости и важности таксономий. Так ли уж важно разделять  родителей на «партии»   в своем профессиональном мышлении и, что еще более важно, в мыследеятельности?

Григоренко Г.С. Либеральность/попустительство. Что делать?

Родители, которые заявляют о своей либеральной позиции - не всегда либералы («я разрешаю своему ребёнку все, не буду его проверять, он иначе закроется»). Зачастую за либеральной ширмой  скрывается попустительская позиция.

В либеральной родительской позиции существуют определенные нормы:

  • семейныетрадиции,
  • ценности,
  • объявление и уважение границ,
  • процесс наставничества.

В попустительской - этого нет. «Де юре» семья есть, а «де факто» – нет.

С профессиональной точки зрения дети-попустители – по факту беспризорные дети. У такого роде детей в школе должен появится значимый взрослый (тренер, учитель, тьютор, наставник из окружения), должна а появится значимая деятельность ( спорт, творчество, проектирование).

У детей с либеральными родителями работа более тонкая - работа по понимаю «своих» ценностей.

Общее между детьми с родителями с либеральной позицией и попустительской - неопределённость, которая должна заполняться.

Родители объясняют свое попустительство отсутствием времени, знаний. Часто они не снисходят до объяснения, это – родители «девиантного поведения». Иными словами есть попустители, не знающие, как можно строить семейные отношения, а есть те, кто осознанно этим пренебрегают.  С первыми могут сработать различного рода практики обучения родителей. По отношению ко вторым необходимы юридические шаги.

Обсуждение доклада выявило важнейшую проблематику. Собственно говоря, есть семьи «настоящие», живущие по собственным принципам, поддерживающие уклад семьи, ее традиции. В такого рода семье вероятность асоциального поведения ребенка мала. С другой стороны, есть семьи – симулякры, семьи, в которых семейная работа, забота об укладе сведена к нулю. Взаимодействие с детьми ограничивается биологическим уровнем существования – напоить, накормить,…

Удивительным оказалось сравнение семей – симулякров со школами – симулякрами. Существуют школы, в которых уклад, теплые отношения, являются предметом работы и заботы педагогов и администрации. С другой стороны, нередки прецеденты, когда школа выполняет свои функции – надзор, обучение, но уклад школьной жизни не сформирован и не формируется. В школах, лишенных уклада, процветает буллинг (всех против всех), отчужденные отношения между детьми и взрослыми. Уровень недоверия детей ко взрослым велик. Окрики, брань, агрессия проявляется как со стороны детей, так и со стороны родителей. Разумеется при слиянии школ (реалии сегодняшней образовательной политики) уклад как правило разрушается. Представьте, что кто-то задумал объединить две семьи, каждая и которых и так-то не очень дружная, в одну «ячейку общества», прикрываясь  аргументами об экономической эффективности (одна мама теперь лишняя, ее можно убрать) и эффективном менеджменте (убрать нужно ту, которая плохо вела домохозяйство).

Разумеется, аналогия между школой и семьей как всякая аналогия имеет свои ограничения. Но важно подчеркнуть, что для детей «попустителей» спасением может являться только теплая школа, школа с  добрым укладом, построенном на доверии и открытости, школа, в которой есть множество прецедентов конструктивных совместных действий детей и взрослых.

Губайдуллин Р.А.  Вовлечённые / не вовлечённые

С педагогической точки зрения можно поделить родителей на вовлеченных и невовлеченных. «Вовлечённые родители» увеличивают образовательное богатство (ресурс) школы. Есть прецеденты когда вовлекается большинство родителей. Достаточно 25 %. Проблем с вовлечением нет, готовы работать с различными концептуальными позициями. Единственное ограничение отражено в законе. Нет политике, религии, и уголовщине.

С точки зрения родителя, есть школы заинтересованные / не заинтересованные в вовлеченных родителях. Как показывает личный опыт автора, незаинтересованные школы выставляют барьеры на пути родителей (иногда в буквальном смысле). Разговор о согласовании образовательных целей, как правило, невозможен - "мы лучше знаем, что надо вашим детям". У родителей запускается фрустрация... И несколько вариантов действий: а) смириться, б) сменить школу в) вступить в оппозицию различной степени активности. Все три варианта не развивают школу, а приводят к её стагнации и деградации.

Лядова Е.В. Как организовать взаимодействие разных родительских позиций в сообществе класса?

Сегодняшний классный руководитель  сталкивается с новым вызовом: доля участия родителей в образовательном и воспитательном процессе школы резко возрастает.

Родители хотят знать, что происходит с ребенком в школе, в классе, как строится процесс обучения и воспитания. Ситуация осложняется тем, что у каждого родителя — свое видение всего, что происходит в школе. Часто оно сформировано из самых разных источников: личного опыта и опыта знакомых, статей в интернете, рассказов своих детей, общения с родителями одноклассников, отзывами о школе, учителях, классном руководителе других людей и т.д. Родители активно обсуждают ситуации в классе, считают важным высказаться по поводу того или иного события, продемонстрировать свою осведомленность в вопросах воспитания, психологии, образования, управления, а иногда и в содержании учебных предметов (ведь некоторые имеют красный диплом, а то и 2).

Еще один аспект: вышестоящие органы мониторят удовлетворенность родителей образовательным процессом, любую жалобу родителей воспринимают как недостаток школы, учителя.

В этой ситуации классный руководитель, который имеет свои педагогические принципы, свою родительскую позицию, свое видение организации работы классного коллектива, сталкивается с многими другими парадигмами развития этого коллектива, многообразием родительскими и административными позициями, иными жизненными убеждениями.

Автор доклада, настороженно принимая родительскую активность, но понимая, что ее надо направить в деятельность, поддерживает инициативы родителей. «Хотите поговорить с детьми об Уставе школы и правилах поведения - пожалуйста, организуйте классный час; считаете, что ребята не умеют работать в команде - проведите тренинг по командообразованию; думаете, что нужно активное взаимодействие родителей и детей - совместные веселые старты с родителями - прекрасная идея.

С одной стороны, неплохая картинка - в классе насыщенная разными событиями жизнь. С другой - родители самореализуются, а дети ведомы и им все больше хочется сделать неправильно, не так, как “родители и учителя прописали”. Классный руководитель - выжатый лимон, проводящий свое свободное время с классом. Родители - организаторы не для всех люди, которых надо слушать и слышать (учителя-то можно еще послушать и то в пол-уха, у него работа такая). Все это приводит к еще большим спорам, иногда конфликтам. Мой так себя ведет, потому что ему неинтересно. - А моему интересно, почему он должен терпеть твоего?  Как следствие: чем больше активность родителей, тем взрывоопасней атмосфера.

Ну и еще одна проблема: а где тут я (классный руководитель)? Громоотвод, который заземляет родительские недовольства? Исполнитель родительского образовательного заказа? Или все же организатор этого взаимодействия? Как определить границы вовлеченности каждого субъекта сообщества, границы ответственности? Как добиться того, чтобы было уважение к каждой позиции?»

Существенный аспект обсуждения этого доклада – понимание того, что современный педагог нуждается в новом профессионализме – управлении множеством взрослых, канализировании их агрессивной и заботливой активности  в позитивную образовательную деятельности.  Данные процессы разворачиваются как в реальном, так и в виртуальном пространствах.  Необходимо учиться переводить конфликтные ситуации в эффективную деятельность, умением выстаивать границы с взрослыми в образовательном пространстве.

Важно подчеркнуть, что этот процесс будет невозможно построить и осуществлять в одиночку. Нужна команда специалистов, которая спроектирует систему взаимодействия с родителями в образовательном сообществе школы.

Заключение

Семинар удался. Обсуждение докладов показало, что работа с родителями – важнейший аспект деятельности современного тьютора, классного руководителя, директора. Родительское сообщество меняется, становится более дифференцированным, мозаичным, активным, шумным. Разным. Родительские чаты, сообщества мамочек-жалобщиц, с одной стороны,   и вовлеченные родители, готовые воспитывать и учить не только своих детей – с другой. Школа имеет шанс обратить эту мощную силу – родительство – на благо детей и их будущего. Для этого надо перестать воспринимать родителей как враждебную массу, научиться находить общий язык и адекватные методы совместной деятельности. В этом случае может и должно  возникнуть  детско-взрослое образовательное сообщество», которое интегрирует деятельности, намерения, устремления родителей, детей, учителей в яркие событийные образовательные форматы.

также в пространстве дискурса – объясняя всем сомневающимся и подозревающим акторам, зачем нужен тьютор.  Легитимность появляется в деятельности – в работе тьютора с детьми, в которой дети видят смысл, в совместной деятельности тьюторов и других профессионалов, в которой эти самые Другие  и сами тьюторы начинают схватывать границы, нормы, проблематику друг друга.

Другая сторона проблемы легитимности – работа с сопротивлением. Явное или открытое, такого рода сопротивление встречают все тьюторы, начинающие работать в организациях. Остро обсуждался вопрос, в каких терминах описывать этот процесс, маркировать ли его как сопротивление, обусловленное мотивами и потребностями, либо понимать его в терминах деятельности, инертности массива функций и процессов. В случае деятельностного понимания смещаются акценты. Имеет смысл говорить не о работе с сопротивлением, а о  соорганизации, деятельностном взаимодействии, согласовании на различных уровнях: ситуативном, организационном, культурном, ценностном.

Наконец, особое внимание заслуживают  те сообщения, в которых обсуждались именно конструкторские шаги, в которых тьюторы конструируют в школе новые практики. В одном случае такого рода практики осуществляются автономно тьюторской командой, и тогда возникает проблема обособления, нужно делать специальные шаги для знакомства, привлечения других акторов в этим проектам. В другом случае тьюторы совместно с учителями, администрацией, психологами разрабатывают новую практику. В этой ситуации на первый план выступает проблема взаимопонимания и взаимодействия.

Отдельный проблемный вопрос связан с важной темой индивидуализации – «заботой о себе».  Стало понятно, что если мы стремимся к тому, чтобы тьюторы обустраивали процессы «заботы о себе» в работе с тьюторантами, следует понимать, что в качестве превентивной меры следует запускать практики «заботы о тьюторе». Как и большинство гуманитарных практик, тьюторство, особенно на этапе становления, нуждается в супервизии и других техниках, в укреплении и поддержании собственной позиции, строя мыслей, уверенности в своем профессионализме.